(Не)прикосновенные? Стоит ли ждать депутатских "посадок"

07
05.2020
 
Василий Федитник
адвокат, партнер Адвокатского объединения Legal Strategy для УП
 
 

О новом порядке привлечения народных депутатов к уголовной ответственности писали практически все украинские СМИ. А несколько свежих уголовных производств по нардепам добавили этой теме актуальности. С подачи медиа многие считают, что нынешний порядок значительно упростил процедуру привлечения к уголовной ответственности правонарушителей, имеющих депутатский мандат. Но так ли это на самом деле?

Действительно, из Конституции Украины исключили норму, согласно которой депутаты Рады не могли быть привлечены к уголовной ответственности, задержаны или арестованы без согласия парламента. На первый взгляд, это вроде развязывает руки стражам порядка. Но есть детали, о которых знают далеко не все. Давайте сравним, что было и что теперь. И раньше, и сейчас правоохранители имели право без каких-либо санкций и специальных разрешений осмотреть место происшествия. И здесь не имеет никакого значения, кто выступает подозреваемым - обычный гражданин или депутат.

Совсем недавно, если с самого начала было известно, что преступление совершил народный избранник, следователь после осмотра места происшествия регистрировал уголовное производство по факту совершенного. И ему не нужно никаких разрешений для того, чтобы назначать экспертизы, истребовать необходимые документы, допрашивать свидетелей, выносить постановления и т.д. Но когда нужно было провести негласные следственные действия или вручить депутату подозрение, то требовалось согласие Верховной Рады, куда с представлением обращался генпрокурор.

Теперь такого согласия от парламента не требуется, но появились другие новации, которые затрудняют работу следователей по "депутатским" делам. Сейчас, если следствию известно, что преступление совершено депутатом, то генеральному прокурору, а не Верховной Раде решать вопрос о привлечении к уголовной ответственности. Что здесь плохого, спросите вы? Ведь так можно избежать тонкого момента корпоративной солидарности, когда народные избранники "не сдают своих" (а такое бывало не раз).

Но в Уголовном процессуальном кодексе появилась статья 482-2 - "Особенности порядка привлечения к уголовной ответственности, задержания, избрания меры пресечения, проведения следственных (розыскных) и негласных следственных (розыскных) действий в отношении народного депутата Украины". И именно она делает расследование в отношении нардепов достаточно непростым в процессуальном плане. Хотя формально они вроде бы стали "прикосновенными". 

Начнем с того, что сведения в Единый реестр досудебных расследований о совершении уголовного преступления нардепом должен вносить не рядовой прокурор или следователь, а только генеральный прокурор Украины или лицо, исполняющее его обязанности. Практически все последующие шаги следователя (от избрания меры пресечения и обыска до негласных следственных (розыскных) действий) должны быть согласованы с генпрокурором или лицом, исполняющим его обязанности. Иначе весь массив собранных доказательств не будет иметь в суде никакой доказательной силы.

Если же правоохранителям сначала не было известно, что преступник имеет депутатский мандат, а на фигуранта вышли в ходе расследования, то все доказательства, собранные по "обычной" процедуре, должны быть повторно "легализованы". При этом открывается еще одно уголовное производство в отношении уже народного депутата! После этого следователь подает ходатайство следственному судье, предварительно согласовав его с генпрокурором (или лицом, исполняющим его обязанности). В нем он должен попросить предоставить доступ к доказательствам и материалам, собранным ранее, когда правоохранители еще не знали, что в деле замешан депутат и расследовали преступление "обычным" порядком.Только после этого материалы первого производства можно будет приобщить к материалам второго и продолжать расследование под жестким контролем генпрокурора - по той же специфически "депутатской" процедурой, описанной в статье 482-2 УПК.

То есть явно преждевременно говорить о том, что правоохранители будут расследовать депутатские дела более эффективно или быстрее, чем раньше. Какой может быть выход из ситуации? Это внесение изменений в ст. 482-2, которые оставили исключительно генпрокурору полномочия подписывать подозрение депутату. Все другие процессуальные действия, если мы говорим о реальном "снятие неприкосновенности", вполне можно оставить следователю, процессуальному прокурору, который за ним надзирает, и следственному судье.

https://www.pravda.com.ua/columns/2020/05/7/7250793/